О жертвенности и самопожертвовании как средствах советской форсированной модернизации

Аннотация

В статье представлены результаты исследования, целью которого было выявление роли установок на жертвенность и самопожертвование для советской форсированной модернизации, проводимой в конце 1920-х и на протяжении 1930-х годов. Автор поставил перед  собой следующие задачи: выяснить, при помощи чего формировались эти установки; какие традиции внесли вклад в их появление и стимулирование; понять, опираясь на деревенский и городской фольклор, существовали ли пределы воздействия идеологии на людей. В разделах статьи освещены вопросы экономических и антропологических ресурсов советской форсированной модернизации, идеологических инструментов управления человеческими ресурсами, жертвенности и самопожертвования как средств возгонки энтузиазма населения с целью повышения результативности модернизации, пределоввосприимчивости людей к идеологическому воздействию. Ключевые выводы статьи: прямое или опосредованное формирование установок на жертвенность и самопожертвование достигалось при участиигосударственной идеологии и суггестивного потенциала литературы соцреализма, которые действовали через возвращение патриотического дискурса в публичную сферу, формирование пантеона героев и утверждение образцов героического жертвенного поведения. Истоки этих установок находились в дореволюционной культуре, имея в целом общехристианские, а в частности православные корни, и опираясь на субкультуру демократической русской интеллигенции. Установки на жертвенность и самопожертвование побуждали население СССР приносить личные жертвы, которые конвертировались в материальные и нематериальные ценности, становившиеся ресурсами модернизации. Фольклорные тексты обнаруживают как восприимчивость к идеологическому воздействию, так и отсутствие таковой, что позволяет утверждать о наличии определенных границ для этого воздействия.