Человек https://chelovek.iphras.ru/ ru-RU Человек Орфанные заболевания в фокусе знания непрофессионалов: кпроблемевлиянияпациентскогоопытанаразвитиемедицины https://chelovek.iphras.ru/article/view/8342 <p><span class="s7">Рассматривается проблема самоорганизации </span><span class="s7">пациентских</span><span class="s7">сообществ и родительских групп самопомощи, созданных в целях борьбы с </span><span class="s7">орфанными</span><span class="s7"> заболеваниями. В данном контексте исследован процесс формирования альтернативных академической науке исследовательских практик — режимов получения знания об </span><span class="s7">орфанных</span><span class="s7"> заболеваниях. Обсуждение ряда казусов показало, что формирование особых эпистемологических режимов конструирования корпуса знаний о редких заболеваниях непрофессионалами реализуется в нескольких тенденциях: 1)</span> <span class="s7">попытке изменить стиль и методы научных исследований </span><span class="s7">орфанных</span><span class="s7"> заболеваний, разделяемые научным сообществом ценности и способы интеграции членов научного сообщества путем создания новых форм управления наукой; 2) требовании ускорить проведение экспериментальных научных исследований, невзирая на сложившийся медицинский этос (феномен необоснованной надежды) и </span><span class="s7">контролирующие развитие науки нормативные практики; 3)</span> <span class="s7">стремлении, не вступая в противоречие с медицинской наукой, создать альтернативные источники получения знания (зоны обмена информацией </span><span class="s7">—</span> <span class="s7">пациентские</span><span class="s7">группы в мессенджерах). Делается вывод о влиянии </span><span class="s7">пациентской</span><span class="s7"> солидарности </span><span class="s7">на формирование научно-исследовательской повестки, зон обмена знанием и информацией, то есть реализации эпистемологической надежды не только на уровне академической науки, но и </span><span class="s7">профанных</span><span class="s7"> инициатив благодаря активности непрофессионалов. Показано, что феномен солидарности, с одной стороны, способствует развитию </span><span class="s7">пациентской</span><span class="s7"> активности, а с другой — переопределяет процесс развития науки, привнося в нее гражданское участие и эмоциональную вовлеченность.</span></p> Ольга Владимировна Попова Сергей Викторович Попов Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 7 25 Наша новая хрупкость: пандемия, этика и «биомедицинские другие» https://chelovek.iphras.ru/article/view/8343 <p><span class="s2">Данная статья посвящена осмыслению хрупкости как конститутивной структуры современного субъекта периода пандемии. </span><span class="s2">COVID</span><span class="s2">-19 вновь актуализировал ряд проблем современной философии: границы между человеком и животным, природой и культурой, «своим» и «чужим». Опираясь на феноменологическую этику </span><span class="s2">Леви</span><span class="s2">наса</span><span class="s2">, я предлагаю концепцию био</span><span class="s2">этики как воплощенной науки о «биомедицинских Других» </span><span class="s5">—</span><span class="s2">людях, чей опыт не может быть нормирован и вписан в </span><span class="s2">интерсубъективную</span><span class="s2">структуру жизненного мира здорового человека. Негативные последствия коронавируса для психофизического здоровья показывают, что в период пандемии каждый человек может стать другим </span><span class="s5">—</span><span class="s2"> заразившись инфекцией или прервав привычные социальные связи </span><span class="s2">из-за </span><span class="s2">режим</span><span class="s2">а</span> <span class="s2">самоизоляции. </span><span class="s2">В этом проявляется</span><span class="s2"> работ</span><span class="s2">а</span><span class="s2"> деструктивной пластичности </span><span class="s5">—</span><span class="s2"> такого </span><span class="s2">преобразования субъекта, в котором он становится радикально другим, примерами чему можно считать не только черепно-мозговые травмы или нейродегенеративные заболевания, но и индивидуальные последствия коронавируса. Преобразованный субъект и есть такой «биомедицинский Другой», он нуждается в э</span><span class="s2">мпатической и гостеприимной био</span><span class="s2">этике, основанной на смягченном понимании границ «своего» и «чужого». Этот субъект представляет собой «заземление» </span><span class="s2">контингентности</span><span class="s2">, которая стала важным концептом современн</span><span class="s2">ой философии. Краткий очерк био</span><span class="s2">этики иллюстрирует попытку «</span><span class="s2">феноменологизировать</span><span class="s2">» </span><span class="s2">контингентность</span><span class="s2">, увязав ее с антропологической способностью пластичного преобразования, которое способно обладать как креативным, так и деструктивным измерени</span><span class="s2">ем. Био</span><span class="s2">этика работает с </span><span class="s2">контингентностью</span><span class="s2">, не превращая ее в метафизическое понятие и не стремясь уместить ее в рамки </span><span class="s2">биомедицински</span><span class="s2"> вычерченной нормативности. Иммунное гостеприимство предоставляет рамку для принятия «биомедицинских Других» как реализации разнообразия форм человеческих тел.</span></p> Максим Дмитриевич Мирошниченко Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 26 49 Издатель интеллектуальной литературы как «делатель» культуры https://chelovek.iphras.ru/article/view/8344 <p><span class="s2">Как мы познаем интеллектуальную культуру разных эпох? Мы </span><span class="s2">обращаемся к</span><span class="s2">книг</span><span class="s2">ам</span><span class="s2">, журнал</span><span class="s2">ам</span><span class="s2">, газет</span><span class="s2">ам</span><span class="s2">, в которых </span><span class="s2">отпе</span><span class="s2">чатлеваются в разных формах идеи, знаки, символы, </span><span class="s2">понятия, эмоции</span> <span class="s2">и </span><span class="s2">другие приметы времени. Мы открываем для себя авторов, рассуждения которых заставляют нас по-новому смотреть на нашу современность. Мы даже обращаем внимание на художников-иллюстраторов, </span><span class="s2">придававших</span><span class="s2"> неповторимый лик </span><span class="s2">бумажной продукции</span><span class="s2">. Но зачастую </span><span class="s2">не обращаем внимание на то</span><span class="s2">го</span><span class="s2">, кто сделал возможным наше знакомство с этим </span><span class="s2">историческим </span><span class="s2">миром</span><span class="s2"> жизни и мысли. </span><span class="s2">Фигура издателя занимает весьма скромное место в </span><span class="s2">нашем восприятии культуры. В общественном сознании остаются только «звезды»-авторы (кто сегодня вспомнит издателя Достоевского или Жюля Верна</span><span class="s2">?</span><span class="s2">)</span><span class="s2">, д</span><span class="s2">а и историки книгоиздательского дела</span><span class="s2">,</span><span class="s2"> как правило, ограничиваются пересказом опубликованных книг и биографий авторов,</span><span class="s2"> а между тем именно </span><span class="s2">фигура издателя</span> <span class="s2">особенно актуальна сегодня. Они не только</span> <span class="s2">«возделывали» интеллектуальное пространство</span><span class="s2"> эпохи, но, как предприниматели, </span><span class="s2">программировали</span><span class="s2"> новые формы деятельности. Они, если вспомнить</span><span class="s2">выражение</span> <span class="s2">Й. </span><span class="s2">Шумпетера</span><span class="s2">, создавали, разрушая… Особенно ярко эта особенность издателя интеллектуальной литературы проявляется в кризисные эпохи.</span> <span class="s2">Чтобы осмыслить исторический опыт издателя интеллектуальной литературы, мы обратимся к </span><span class="s2">эпистолярному наследию</span> <span class="s2">русского</span> <span class="s2">зарубежья 1930-х годов</span><span class="s2">, когда нацизм только начинал свое шествие по Европе.</span> <span class="s2">В </span><span class="s2">архиве</span><span class="s2">философа, м</span><span class="s2">узыканта Евсея Давидовича Шора сохранилась переписка с основателем</span> <span class="s2">издательства «Вита Нова» (</span><span class="s2">Vita</span> <span class="s2">Nova</span> <span class="s2">Verlag</span><span class="s2">)</span> <span class="s2">Рудольф</span><span class="s2">ом</span><span class="s2">Рёсслер</span><span class="s2">ом</span><span class="s2">, а также с </span><span class="s2">мыслителями</span><span class="s2"> русского зарубежья</span><span class="s2">. Их письма открывают для нас и динамику издательского процесса, и роль Издателя как делателя культуры.</span></p> Татьяна Геннадьевна Щедрина Ирина Олеговна Щедрина Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 50 68 Диалог и коммуникация в практиках цифрового образования https://chelovek.iphras.ru/article/view/8345 <p><span class="s7">Анализируется процесс трансформации современного образования. Авторы разграничивают понятия «коммуникация», «общение» и «диалог», определяющие ядро образования, и утверждают, что цифровые технологии в образовании тем не менее не исключают практики диалога учителя и ученика. В онлайн-образовании осмысление материала уходит на второй план и заменяется передачей информации. Встает резонный вопрос: современному человеку нужен диалог, на основе которого выстраиваются смысловые отношения людей друг с другом, или достаточна коммуникация, обеспечивающая профессиональное общение? Переход на дистанционное</span><span class="s7">образование вновь обострил различия монолога и диалога, информационного сообщения и смыслового понимания, раскрыл значимость аудиторной и особенно внеаудиторной беседы как учителя и ученика, так и студента и преподавателя для осмысления знания и культурного наследия. </span><span class="s7">Развитие цифровых технологий и становление сетевого общества оказало прямое и косвенное влияние на трансформацию образования. Сегодня интерактивные образовательные программы уже не сводятся к презентациям, </span><span class="s7">напоминающим картинки комиксов. Разработчики искусственного </span><span class="s7">интеллекта формализовали содержательные, «человекопонимаемые» процессы, такие, например, как перевод текстов с одного языка на другой, поиск новой информации и даже сочинение художественных произведений. Начавшиеся как игры, компьютерные перформансы получили ускоренное распространение не только в тренинге, но и на практике (например, в форме киберспорта со своими сообществами и даже фанатами). Накопленный опыт позволяет более адекватно оценить позитивные и негативные последствия онлайн-обучения. Человек — это продукт технологий, формирующих человеческие качества. В статье проанализированы и оценены изменения, которые в результате внедрения цифровых технологий происходят в сознании и — шире — в ментальности как обучающихся, так и обучающих. Осуществлен сравнительный анализ альтернативных концепций образования. Согласно одной из них, цифровое образование превращает ученика в автомат, действующий по заданному алгоритму. Согласно другой, новые технологии повышают эффективность и общую производительность учреждений образования. Выход из сложившейся дилеммы видится в философско-антропологическом подходе, в соответствии с которым цифровые технологии обучения не являются принципиально антигуманными, но содержат в себе моральные, социальные и человеческие риски. В результате проведенного анализа сформулированы рекомендации по их минимизации.</span></p> Борис Васильевич Марков Андрей Михайлович Сергеев Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 69 87 Современный республиканизм как теория гражданского воспитания https://chelovek.iphras.ru/article/view/8346 <p><span class="s2">В статье рассматриваются идеи воспитания гражданственности, </span><span class="s2">обсуждаемые в современном республиканизме. </span><span class="s2">Политическая традиция республиканизма сфокусирована на проблемах</span><span class="s2"> свобод</span><span class="s2">ы и </span><span class="s2">отсутствия </span><span class="s2">доминирования</span><span class="s2">, политическо</span><span class="s2">го</span><span class="s2"> участи</span><span class="s2">я и </span><span class="s2">совместно</span><span class="s2">го</span><span class="s2"> приняти</span><span class="s2">я</span><span class="s2"> решений, гражданских добродетел</span><span class="s2">ей</span><span class="s2"> и обязательств. </span><span class="s2">Начиная с античных источников, республиканизм подч</span><span class="s2">е</span><span class="s2">ркивал важность воспитания гражданственности</span><span class="s2"> и неразрывную связь педагогики и политики</span><span class="s2">.</span> <span class="s2">В статье показано, почему с</span><span class="s2">овременные теоретики, в частности</span> <span class="s2">Изольт Хонохан, Эндрю Питерсон и Джеффри Хинчлиф, полагают, что республиканские идеи о воспитании будут востребованы в сегодняшнем обществе, переживающем кризис политического участия и доверия к общественным институтам.</span> <span class="s2">Идеи гражданского воспитания выглядят альтернативой моделям, которые рассматривают образование как рыночную услугу и сводят его к частной сфере. </span><span class="s2">Республиканское воспитание предполагает высокую степень школьного самоуправления, делиберацию учеников по моральным и политическим вопросам и имеет немало общего с эмансипаторными теориями образования. </span><span class="s2">В заключение</span> <span class="s2">поднимается вопрос </span><span class="s2">о необходимости философской концептуализации детства в связи с разработкой </span><span class="s2">республиканского </span><span class="s2">политического проекта, делающего ставку на воспитание гражданственности.</span></p> Артем Сергеевич Серебряков Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 88 104 Человек в «умном» городе: антропологические эффекты и гуманитарные риски https://chelovek.iphras.ru/article/view/8347 <p><span class="s2">Статья посвящена исследованию концепции «умн</span><span class="s2">ого</span><span class="s2">» город</span><span class="s2">а</span><span class="s2"> с точки зрения семиотики и антропологии. </span><span class="s2">Основываясь на семиотическом подходе к городскому пространству как </span><span class="s2">к дискурсу</span><span class="s2">,</span><span class="s2"> который можно прочитать и интерпретировать, автор анализирует, какие аксиологические коннотации, экзистенциальные смыслы и культурные коды </span><span class="s2">транслируются</span><span class="s2"> в «умных» городах. </span><span class="s2">Показывается</span><span class="s2">, что </span><span class="s2">в исходном технологическом понимании «умного» города человек оказывался вытесненным за рамки </span><span class="s2">урбанистического </span><span class="s2">нарратива, однако впоследствии </span><span class="s2">«</span><span class="s2">smart</span> <span class="s2">city</span><span class="s2">»</span> <span class="s2">начинает</span><span class="s2">трактоваться с уч</span><span class="s2">е</span><span class="s2">том «умного» сообщества</span><span class="s2">, с ориентацией на человека и </span><span class="s2">человекоразмерность</span><span class="s2"> городского пространства.</span><span class="s2"> На примере южнокорейского </span><span class="s2">Сонгдо</span><span class="s2"> демонстрируется, что «умный» город, в котором игнорируется культурный контекст и ценностные установки </span><span class="s2">горожан</span><span class="s2">, является функциональным, но семиотически ненасыщенным и </span><span class="s2">безжизненным</span><span class="s2">пространством.</span> <span class="s2">В качестве а</span><span class="s2">ксиологической особенност</span><span class="s2">и</span><span class="s2">, характерной для «умных» городов</span><span class="s2">,</span> <span class="s2">отмечается</span><span class="s2"> их антиисторичность</span><span class="s2">:</span><span class="s2"> прошло</span><span class="s2">е</span><span class="s2"> и</span><span class="s2">неупорядоченное</span><span class="s2">, некомфортное</span> <span class="s2">настояще</span><span class="s2">е получают негативную оценку, тогда как</span><span class="s2"> технологически совершенное</span><span class="s2"> будущее идеализируется и оценивается максимально позитивно.</span><span class="s2"> Более того, в концепции «умного» города трансформируется культурная оппозиция городского как искусственного и природного как естественного.</span><span class="s2"> «Умные» города реконструируют идею «города-сада», опираясь не на стремление покорить природу и эксплуатировать е</span><span class="s2">е</span><span class="s2"> ресурсы, а на необходимость и экзистенциальную целительность контакта человека с природой.</span><span class="s2"> Вместе с тем, положительные антропологические эффекты «умной» трансформации городов, связанные с оптимизацией повседневных жизненных процессов горожан, </span><span class="s2">сопровождаются определ</span><span class="s2">е</span><span class="s2">нными гуманитарными рисками</span><span class="s2">. К числу таких рисков автор относит </span><span class="s2">возрастающее «нервное напряжение» горожан, вызванное ускорением темпа городской жизни и усложнением городских технологий; усугубление социального неравенства и общественной поляризации; уменьшение социальных связей и атомизацию субъектов. </span><span class="s2">Кроме того, акцентируется внимание на том, что распоряжение и управление городскими данными с помощью «умных» технологий предста</span><span class="s2">е</span><span class="s2">т новой формой скрытого контроля общества.</span></p> Елизавета Ивановна Спешилова Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 105 119 Буддизм и война https://chelovek.iphras.ru/article/view/8348 <p><span class="s4">Буддизм по праву считается одной из самых мирных религий. Но в то же время велись и ведутся войны, в которых участвуют</span><span class="s4"> и </span><span class="s4">буддисты</span><span class="s4">. В этой связи представляется важным разобраться в том, всякое ли насилие и тем более участие в войне, а также пропаганда или поддержка войны буддийскими деятелями являются нарушением духа и буквы буддийских заповедей </span><span class="s4">—</span><span class="s4"> отходом от принципов буддизма под давлением государства, пропаганды или других факторов и обстоятельств, или имеют какие-то оправдания и основания в самом учении Будды.</span> <span class="s4">Такие попытки, конечно, делались и за рубежом</span><span class="s4">,</span><span class="s4"> и в России. Наиболее важные публикации на эту тему цитируются в данной статье. Однако все они построены на материале отдельных направлений буддизма, в данной же работе предпринята попытка обобщить имеющиеся </span><span class="s4">данные,</span><span class="s4"> чтобы ясно сформулировать позицию или позиции буддизма относительно убийства и войн на основе общих принципов этого религиозно-философского учения и релевантных текстов обоих главных направлений буддизма </span><span class="s4">—</span><span class="s4"> раннего (тхеравады) и махаяны </span><span class="s4">—</span><span class="s4"> а также высказываний современных буддийских деятелей.</span></p> Андрей Анатольевич Терентьев Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 120 135 Языковое поколение: слово в современном российском искусстве https://chelovek.iphras.ru/article/view/8349 <p><span class="s4">В центре внимания автора статьи </span><span class="s4">—</span><span class="s4"> исследование вербально-визуальных репрезентаций </span><span class="s4">в актуальных практиках </span><span class="s4">современных </span><span class="s4">российских художников поколения </span><span class="s4">Y</span><span class="s4"> (</span><span class="s4">м</span><span class="s4">иллениалов</span><span class="s4">)</span><span class="s4">, т</span><span class="s4">о </span><span class="s4">е</span><span class="s4">сть</span><span class="s4"> мастеров, родившихся с </span><span class="s4">1981 по 1996 годы</span><span class="s4">. </span><span class="s4">В </span><span class="s4">работе</span><span class="s4"> рассматриваются различные типы связей между словом и изображением в отечественном искусстве</span><span class="s4">, </span><span class="s4">формы </span><span class="s4">бытования</span><span class="s4"> и культурные смыслы вербальных компонентов </span><span class="s4">художественных текстов </span><span class="s4">современного российского искусства, коннотации взаимодействия русского и европейского искусства в исторической перспективе</span><span class="s4">. Автор приходит к выводу о том, что</span> <span class="s4">вербально-</span><span class="s4">визуальное искусство — это состоявшееся направление на российской художественной сцене.</span> <span class="s4">В</span><span class="s4"> творчестве </span><span class="s4">современных</span><span class="s4"> художников поколения </span><span class="s4">м</span><span class="s4">иллениалов</span> <span class="s4">(М</span><span class="s4">.</span> <span class="s4">Имы</span><span class="s4">, В</span><span class="s4">.</span> <span class="s4">Абиха</span><span class="s4">, С</span><span class="s4">.</span><span class="s4">Багса</span><span class="s4">, </span><span class="s4">С. </span><span class="s4">Мотолянца</span><span class="s4">, </span><span class="s4">К</span><span class="s4">.</span><span class="s4"> Кто, В</span><span class="s4">.</span><span class="s4">&nbsp;</span><span class="s4">Чтака</span><span class="s4">) </span><span class="s4">сегодня происходят интересные </span><span class="s4">процессы переосмысления традиционных принципов концептуализма разных периодов. </span><span class="s4">В зримой графике фигурных стихотворений современных российских художников очевидна знаково-символистская образность: художественная репрезентация сосуществует с </span><span class="s4">л</span><span class="s4">ог</span><span class="s4">оцентризмом</span><span class="s4">, стремление к самоидентификации сочетается с идеей </span><span class="s4">укорен</span><span class="s4">е</span><span class="s4">нности</span><span class="s4"> в основы традиционной русской культуры</span><span class="s4">. </span><span class="s4">Принцип эклектичности, характерный для </span><span class="s4">эпох</span><span class="s4">и </span><span class="s4">пост</span><span class="s4">модернизма, позволяет современным живописцам создавать бесконечный </span><span class="s4">семиозис</span><span class="s4"> симулякров, не дающих прямых подсказок зрителю для интерпретации. Современные художники, являясь проводниками массовой культуры, стремятся уйти от строгости академической школы и определить границы прошлого и будущего,</span><span class="s4"> случайного и закономерного</span><span class="s4">. </span><span class="s4">В</span><span class="s4">&nbsp;</span><span class="s4">статье</span><span class="s4"> особое внимание уделено исследованию визуальной риторики. Автор на конкретных примерах показывает, что язык в современном российском искусстве имеет не</span><span class="s4">&nbsp;</span><span class="s4">повествовательное значение, а </span><span class="s4">многоуровневый</span><span class="s4"> смыслообразующий импульс, тесно связанный с визуальным компонентом.</span></p> Ирина Анатольевна Афанасьева Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 136 154 Взаимодействие как художественная и политическая стратегия: об одном философском истоке реляционной эстетики https://chelovek.iphras.ru/article/view/8350 <div class="page" title="Page 156"> <div class="layoutArea"> <div class="column"> <p>В статье анализируется понятие социального пово- рота в искусстве рубежа XX–XXI веков, наиболее известной кон-цептуализацией которого является реляционная эстетика Николя&nbsp;<span style="font-size: 14px;">Буррио. В статье дается трактовка принципа «оперативного реа- лизма» Буррио, согласно которому искусство социального пово- рота не стремится революционно взорвать мир капиталистической эксплуатации и отчуждения, а учится существовать в сложившемся культурном контексте, осуществляя эстетические проекции на уже существующие в реальности социальные отношения с тем, чтобы мягко перекодировать мир к лучшему. Главной темой искусства взаимодействия становится бытие-вместе, целью — создание и моделирование микросообществ, новых способов человеческой коллаборации, основными чертами искусства взаимодействия — процессуальность, дестабилизация иерархических отношений художника и публики, партиципаторность. Проводится сравнительный анализ эстетических и политических аспектов концепции «общества спектакля» Ги Дебора и реляционной эстетики. Первая, как доказывается в статье, послужила философским истоком последней. Хотя реляционная эстетика Буррио, создавшая новый продуктивный язык для описания и понимания разнообразных художественных проектов искусства социального поворота, является, возможно, наиболее влиятельной концепцией современной теории искусства, она не свободна от внутренних противоречий и оказывается менее последовательной в достижении политических и эстетических целей, чем теория его учителя Дебора.</span></p> </div> </div> </div> Светлана Викторовна Полякова Екатерина Павловна Воронович Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 156 177 Лишаев С.А. Философия возраста (возраст и время). СПб.: АЛЕТЕЙЯ, 2022 https://chelovek.iphras.ru/article/view/8351 <p>Рецензия на книгу С.А.&nbsp;Лишаева "Философия возраста (возраст и время)".</p> Татьяна Петровна Будякова Анжелика Николаевна Пронина Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 178 182 Lysgaard J.A., Bengtsson S., Laugesen M.H.-L. Dark Pedagogy: Education, Horror and the Anthropocene. Cham, Switzerland: Springer, 2020 https://chelovek.iphras.ru/article/view/8352 <p>Рецензия на книгу&nbsp;J.A.&nbsp;<span style="font-size: 14px;">Lysgaard, S. Bengtsson, M.H.-L. Laugesen "Dark Pedagogy: Education, Horror and the Anthropocene".</span></p> Александр Викторович Марков Copyright (c) 2022-12-25 2022-12-25 33 6 183 189